Применение трудового права
В. ЕРШОВ
В. Ершов, доктор юридических наук,
профессор, заслуженный юрист
РФ.
Действующий с 1 февраля 2002 г. ТК РФ
вызвал у научных и практических работников
множество вопросов. В этой связи многие
специалисты ждали постановления Пленума
Верховного Суда РФ по толкованию наиболее
спорных статей ТК РФ. И 17 марта 2004 г. Пленум
принял Постановление "О применении судами
Российской Федерации Трудового кодекса
Российской Федерации" <*>, в котором есть
ответы на многие практические и
теоретические вопросы.
--------------------------------
<*> Российская
газета. 2004. 8 апреля.
Прежде всего хотелось
бы остановиться на проблемах преодоления
судами иерархических коллизий в
нормативных правовых актах, регулирующих
трудовые отношения. К сожалению,
действующий ТК РФ не содержит достаточно
полного ответа на этот важнейший
теоретический и практический вопрос. Так, в
ст. 5 установлено лишь, что указы Президента
РФ, постановления Правительства РФ,
нормативные правовые акты федеральных
органов исполнительной власти, нормативные
правовые акты субъектов РФ, акты органов
местного самоуправления и локальные
нормативные акты не должны противоречить
нормативным правовым актам, имеющим более
высокую юридическую силу. На практике
всегда возникает вопрос: а если одни акты
противоречат другим, то как должен
поступать правоприменитель? В ст. 5 есть
лишь частичный ответ на этот вопрос: "В
случае противоречия между настоящим
Кодексом и иными федеральными законами,
содержащими нормы трудового права,
применяется настоящий Кодекс". На вопрос,
как необходимо поступить в случае других
противоречий, ТК не отвечает.
Таким
образом, думается, можно констатировать,
что в ТК нет ответа на важнейшие и
актуальнейшие теоретические и
практические вопросы, названные выше.
В
случае пробела в праве правоприменитель
может преодолеть его посредством аналогии
закона, межотраслевой аналогии закона или
аналогии права. В ст. 12 ГК РФ "Способы защиты
гражданских прав", полагаю, в данном случае
регулирующей сходные отношения, в том числе
указан способ защиты, как представляется
применимый и в анализируемых проблемах ТК:
"...неприменение судами акта
государственного органа или органа
местного самоуправления, противоречащего
закону", в каждом конкретном трудовом споре
- ad hoc.
При таком теоретическом подходе,
на мой взгляд, во-первых, правоприменитель
должен не применять нормативные правовые
акты, регулирующие трудовые отношения, но
не соответствующие нормативным правовым
актам, имеющим более высокую юридическую
силу в каждом конкретном трудовом споре. В
этой связи стороны в суде могут
анализировать нормативные правовые акты,
регулирующие трудовые отношения, с точки
зрения их принятия правотворческими
органами в пределах своей компетенции и
соответствия нормативным правовым актам,
имеющим более высокую юридическую силу. В
результате суду в мотивировочной части
решения будет необходимо исследовать этот
правовой вопрос, определиться с
ходатайствами сторон и применить
нормативный правовой акт, имеющий более
высокую юридическую силу.
Во-вторых,
предлагаю дополнить ТК РФ статьей "Способы
защиты трудовых прав", в частности
установив следующий способ защиты:
"...неприменение судом нормативного
правового акта, регулирующего трудовые
отношения, противоречащего нормативным
правовым актам, имеющим более высокую
юридическую силу".
Еще больше
теоретических и практических вопросов
возникает в случае противоречий между
нормами международного и национального
трудового права. В ст. 10 ТК установлено:
"Общепризнанные принципы и нормы
международного права и международные
договоры Российской Федерации в
соответствии с Конституцией Российской
Федерации являются составной частью
правовой системы Российской Федерации.
Если международным договором Российской
Федерации установлены другие правила, чем
предусмотренные законами и иными
нормативными правовыми актами, содержащими
нормы трудового права, применяются правила
международного договора". В то же время
остаются открытыми как минимум два
важнейших теоретических и практических
вопроса. Первый: как должен поступать
правоприменитель в случае возможных
коллизий между общепризнанными принципами
трудового права, общепризнанными нормами
трудового права и международными
договорами РФ? Второй: имеют ли
преимущество общепризнанные принципы и
нормы международного права над
национальными нормативными правовыми
актами, регулирующими трудовые
отношения?
На мой взгляд, для
правильного ответа необходимо обратиться к
п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда
РФ от 17 марта 2004 г., в соответствии с которым,
рассматривая трудовые споры, суду
необходимо учитывать, что в силу ч. ч. 1 и 4 ст.
15, ст. 120 Конституции РФ, ст. 5 ТК РФ, ч. 1 ст. 11
ГПК РФ суд должен разрешать дела на
основании Конституции РФ, ТК РФ,
общепризнанных принципов и норм
международного права и международных
договоров Российской Федерации, являющихся
составной частью ее правовой системы. Если
суд при разрешении трудового спора
установит, что нормативный правовой акт,
подлежащий применению, не соответствует
нормативному правовому акту, имеющему
большую юридическую силу, он принимает
решение в соответствии с нормативным
правовым актом, имеющим наибольшую
юридическую силу. При разрешении трудовых
споров судам необходимо учитывать
разъяснения Пленума Верховного Суда РФ,
данные в Постановлениях от 31 октября 1995 г. N 8
"О некоторых вопросах применения судами
Конституции Российской Федерации при
осуществлении правосудия" и от 10 октября 2003
г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции
общепризнанных принципов и норм
международного права и международных
договоров Российской Федерации". В
соответствии с п. 1 последнего
Постановления в РФ признаются и
гарантируются права и свободы человека и
гражданина согласно общепризнанным
принципам и нормам международного права (ч.
1 ст. 17 Конституции РФ). В соответствии с ч. 4
ст. 15, ч. 1 ст. 17, ст. 18 Конституции РФ права и
свободы человека являются непосредственно
действующими, определяют смысл, содержание
и применение законов, деятельность
законодательной и исполнительной власти,
местного самоуправления и обеспечиваются
правосудием. Весьма показательно, что в п. 1
Постановления N 5 в ряду общепризнанных
принципов международного права выделены
принципы всеобщего уважения прав человека
и добросовестного выполнения
международных обязательств.
Вместе с
тем, на мой взгляд, можно выделить и другие
принципы международного трудового права:
равного права на судебную защиту, всеобщего
уважения и соблюдения трудовых прав и
защищаемых законом интересов для всех,
соблюдения баланса прав и законных
интересов работника и работодателя.
Как
представляется, ряд статей ТК с позиции
общепризнанных принципов трудового права,
по меньшей мере, являются дискуссионными.
Например, согласно ст. 278 помимо оснований,
предусмотренных кодексом и иными
федеральными законами, трудовой договор с
руководителем организации может быть также
расторгнут "в связи с принятием
уполномоченным органом юридического лица
либо собственником имущества организации,
либо уполномоченным собственником лицом
(органом) решения о досрочном прекращении
трудового договора". В этом случае согласно
ст. 279 ТК "при отсутствии виновных действий
(бездействия) руководителя ему
выплачивается компенсация за досрочное
расторжение с ним трудового договора в
размере, определяемом трудовым договором",
который на практике, как правило, размер
компенсации не определяет.
Вместе с тем
ст. 278 является, на мой взгляд, спорной,
во-первых, с позиции систематического
толкования норм трудового права. Так,
согласно буквальному толкованию ст. 192 ТК
все работники без исключения (в том числе
руководитель организации) могут быть
подвергнуты дисциплинарному взысканию
лишь "за совершение дисциплинарного
проступка, то есть неисполнение или
ненадлежащее исполнение работником по его
вине возложенных на него трудовых
обязанностей." Статья же 278 предполагает
возможность досрочного одностороннего
расторжения трудового договора без вины и
совершения руководителем дисциплинарного
проступка. Характерно, что ст. 278 ставит знак
равенства между руководителями
государственных и негосударственных
организаций. В то же время трудовое право
развитых правовых государств вполне
резонно трудовые права работников
государственных организаций, как правило,
защищает в большей степени. Статья 3 ТК РФ
гарантирует, что "никто не может быть
ограничен в трудовых правах и свободах...
независимо от... должностного положения...
Лица, считающие, что они подверглись
дискриминации в сфере труда, вправе
обратиться в органы федеральной инспекции
труда и (или) в суд с заявлением о
восстановлении нарушенных прав, возмещении
материального вреда и компенсации
морального вреда". Не являются
дискриминацией только установление
различий, исключений, предпочтений, а также
ограничение прав работников, которые
определяются "свойственными данному виду
труда требованиями, установленными
федеральным законом, либо обусловлены
особой заботой государства о лицах,
нуждающихся в повышенной социальной и
правовой защите".
Отсюда при буквальном
толковании закона законодатель имеет право
ограничивать трудовые права работников
лишь в двух случаях, названных выше. Как
представляется, увольнение руководителей
организации по п. 2 ст. 278 ТК достаточно
сложно аргументировать с позиции
"требований, свойственных данному виду
труда", и совсем невозможно отождествлять с
"особой заботой государства о лицах,
нуждающихся в повышенной социальной и
правовой защите" (ст. 3 ТК).
Во-вторых, ст. 3
фактически слово в слово воспроизводит ч. ч.
1 и 2 ст. 19 Конституции РФ: "Все равны перед
законом и судом. Государство гарантирует
равенство прав и свобод человека и
гражданина независимо от... должностного
положения". Отсюда возникает вопрос о
соответствии п. 2 ст. 278 ТК ч. ч. 1 и 2 ст. 19
Конституции РФ. В случае отрицательного
ответа на этот вопрос правоприменитель
должен обратиться к ч. 1 ст. 15 Конституции РФ,
согласно которой она имеет высшую
юридическую силу и прямое действие.
В
соответствии с названной и другими нормами
Конституции РФ Верховный Суд в п. 2
Постановления Пленума от 31 октября 1995 г.
разъяснил: при рассмотрении дел следует
оценивать содержание закона или иного
нормативного правового акта и во всех
необходимых случаях применять Конституцию
РФ в качестве акта прямого действия. Суд,
разрешая дело, непосредственно применяет
Конституцию РФ, в частности, когда придет к
выводу, что федеральный или иной
нормативный правовой акт находится в
противоречии с соответствующими
положениями Конституции.
В-третьих, на
мой взгляд, п. 2 ст. 278 ТК находится в
противоречии и с общепризнанным принципом
международного трудового права, имеющим
важнейшее практическое значение, - равного
права на судебную защиту. Указанный пункт
практически закрепляет "бесправие"
руководителя организации, возможный
бесконтрольный произвол со стороны органов
и лиц, имеющих право досрочно прекращать
трудовой договор с руководителем
организации; лишает суды права защищать
нарушенные трудовые права работника.
Хотелось бы присоединиться к мнению Е.
Ершовой, полагающей, что под
общепризнанными принципами международного
трудового права возможно понимать
основные, исходные правовые положения,
основополагающие начала трудового права,
вырабатываемые и признаваемые
международным сообществом государств,
отклонение от которых недопустимо <*>.
--------------------------------
<*> Ершова Е.А.
Теоретические и практические вопросы
применения международного и российского
трудового права // Трудовое право. 2004. N 2. С.
26.
Некоторые специалисты в области
международного права ставят знак равенства
между общепризнанными принципами и
общепризнанными нормами международного
права. Полагаю, такая точка зрения спорна с
позиции теории права. Представляется более
аргументированным мнение Е. Ершовой,
согласно которому "общепризнанные нормы
международного трудового права... - это
общеобязательные правила, принимаемые и
признаваемые международным сообществом
государств, основанные на общепризнанных
принципах международного трудового права,
которым должны следовать все в подобных
случаях" <*>.
--------------------------------
<*> Там же.
Среди источников
общепризнанных норм международного
трудового права, в частности, можно назвать
конвенции Международной организации труда,
международные пакты о гражданских и
политических правах и об экономических,
социальных и культурных правах от 16 декабря
1966 г., Всеобщую декларацию прав человека от
10 декабря 1948 г., Устав ООН, принятый 26 июня 1945
г.
На практике достаточно часто
возникает важный вопрос: как соотносятся
между собой общепризнанные принципы
международного трудового права,
общепризнанные нормы международного
трудового права, международные договоры
Российской Федерации и российские
нормативные правовые акты, регулирующие
трудовые отношения? Полагаю, теоретически
обоснованную позицию в этом вопросе
занимает Е. Ершова: "Систематическое
толкование общепризнанных принципов и норм
международного трудового права, статьи 103
Устава ООН, статей 53, 64 и 71 Венской конвенции
"О праве международных договоров", принятой
23 мая 1969 года... позволяет сделать следующий
вывод: общепризнанные принципы и нормы
международного трудового права имеют
преимущественную силу (jus cogens - императивная
норма) над международными договорами и
национальными нормативными правовыми
актами, регулирующими трудовые отношения;
отклонение от общепризнанных принципов и
норм международного трудового права
недопустимо, международные договоры и
национальные нормативные правовые акты в
этих случаях рассматриваются как
недействительные и не подлежат применению.
При таком подходе выстраивается строгая
иерархия международных и национальных
источников трудового права: общепризнанный
принцип трудового права, общепризнанные
нормы международного трудового права,
международный договор, национальные
нормативные правовые акты, регулирующие
трудовые отношения. В случае коллизий
приоритет имеет источник трудового права,
имеющий более высокую юридическую силу"
<*>.
--------------------------------
<*> Там же.
С. 26 - 27.
При таком подходе достаточно
спорными представляются целый ряд статей
ТК РФ. Так, ст. 4 отнесла к принудительному
труду, в частности, нарушение установленных
сроков выплаты заработной платы или
выплату ее не в полном размере. В то же время
согласно ст. 2 Конвенции МОТ N 29 "О
принудительном или обязательном труде"
принудительный труд - это труд без согласия
работника. В этой связи, как представляется,
с позиции общепризнанных норм
международного трудового права достаточно
сложно признать ст. 4 ТК соответствующей ст.
2 названной Конвенции МОТ. Поэтому возник
еще один важнейший теоретический и
практический вопрос: имеет ли право
государство в лице правотворческих органов
"расширять" пределы той или иной
международной
